«В нашей стране сильна фундаментальная наука»: интервью с Заремой Курмалиевой

Студенческое научное общество (СНО) — организация, призванная развивать и поддерживать научно-исследовательскую деятельность студентов и аспирантов, интегрировать обучающихся в реальную научно-исследовательскую среду. СНО включает в себя 35 различных направлений, ориентированных на междисциплинарное взаимодействие.

Зарема Курмалиева, кандидат экономических наук, доцент и руководитель СНО АГУ, рассуждает о проблемах и перспективах российской науки в интервью корреспонденту медиацентра АГУ Дмитрию Филю.

— Расскажите подробнее, как именно работает Студенческое научное общество в нашем университете?

— Есть научная работа, которая встроена в процесс обучения, как например, выпускная квалификационная, а есть та, которая ведётся в рамках научных направлений, школ. Собираются студенческие научные кружки, в лабораториях проводятся исследования и опыты. Это всё необходимо координировать. Для этого существует двухуровневая система: руководители СНО факультетов и преподаватели, являющиеся тьюторами. Ими управляет руководитель СНО.

— Наука в России: развитие или стагнация?

— Есть фундаментальная и прикладная наука. Прикладная отвечает за внедрение в производство новейших технологий. В нашей стране сильна фундаментальная наука. Бюджет, затрачиваемый на неё, несопоставим с затратами на внедрение технологий. Нужна хорошая материально-техническая база, без которой ничего не сделать.

Во времена СССР наука развивалась по двум направлениям: академическому и прикладному. Существовали институты, в которых проводились практические исследования, в то время как в университетах сосредотачивались на учебном процессе, частично включая науку.

Вследствие Болонского процесса университеты стали превращаться в научные центры. В основе этого подхода лежит постулат о том, что преподаватели должны заниматься наукой. Идея хорошая: преподает студентам тот, кто находится на передовой научных исследований, не пересказывает учебник, а сам является специалистом в той теме, о которой затем читает лекции и проводит семинарские занятия.

Мы повышаем зарплату преподавателям, но для этого сокращаем людей. Следствие – снижение качества образования. Усугубляет всё кризис, который не даёт возможность финансировать научные исследования.

Кроме того, нашему высшему образованию не хватает практикоориентированности. Мой племянник, ученик восьмого класса, занимается богомолами. Купил для них террариум. То, как он наблюдает, ухаживает за ними, ставит опыты, выдаёт его естественнонаучный склад ума. 

Почему же университету не заниматься подобными экспериментами? Для этого мы придумали и воплотили в жизнь идею Наукограда – настоящего города науки, на площадках которого каждый может пообщаться с преподавателями на интересующую тему. Вот уже пятый год мы проводим это мероприятие, и каждый раз интерес к нему все растет. Так что в этом году наш Наукоград превратился в целую Вселенную! 

— В нынешнее время популярна тема экологии. Возможно ли в АГУ создание курсов по экологической безопасности или открытие целого факультета? Как вообще обстоят дела с экологией, по вашему мнению?

— На мой взгляд, это ключевая проблема современности. Для начала нужно собрать статистику и оценить потребность молодежи получать такие знания. Решение экологических проблем, например, переработка мусора — это хорошо, но на данном этапе необходимо сначала сформировать у людей экологическое сознание, в том числе через социальную рекламу, приучить их к мысли, что это касается каждого.

— Почему полезно заниматься наукой?

— Традиционные технологии обучения рассчитаны на среднестатистического студента. Он может заинтересоваться каким-то научным направлением, сферой исследований и в таком случае принесёт пользу не только себе, но и обществу. Научная работа предполагает выработку алгоритма действий, что в будущем пригодится в любой сфере жизни.